А ведь в свои 80 он мог бы ещё жить, гулять по набережным Невы, ходить в Филармонию. Он мог бы ещё послужить стране. И, возможно, если бы он не умер, что-то в её истории могло бы пойти немного иначе. "Того, кого мне так не хватает, я помню каждый день, когда уже нет такой точки на Земле, куда можно было бы к нему поехать. Почему так часто сеть событий и обязательств становится важнее любви? Почему осознавать и страдать человек начинает только о невозвратном? Я не знаю ответа, но я стараюсь внимательно прислушиваться к голосам тех, кто жив, кто рядом и кто нуждается в моей любви. Я очень стараюсь. И тот папин портрет каждый день напоминает мне о главном изъяне человеческой сущности - неумение в настоящем ценить по-настоящему ценное".
