Свердловские больницы получили 28 новых автомобилей скорой помощи, которые особенно нужны в пандемию коронавируса. Они были куплены за счет федерального бюджета, и в ближайшие дни выйдут на маршруты. 
Все машины оснащены необходимым оборудованием для транспортировки и мониторинга состояния пациентов. В том числе в «скорых» есть портативные аппараты ИВЛ для взрослых и детей, дефибрилляторы-мониторы, электрокардиографы с возможностью подключения к компьютеру, ингаляторы для проведения кислородной терапии, портативные пульсоксиметры, а также средства связи ГЛОНАСС и GPS.
Еще 30 «скорых» купил «Фонд святой Екатерины», до 1 августа они также поступят в распоряжение больниц.
Ситуация по коронавирусу контролируемая, однако мы видим, что количество вызовов к пациентам с подозрением на COVID-19 растет: в мае их было 5 040, а по итогам июня — 9 347 при общем количестве обращений 59 527 и 62 455, соответственно. В Екатеринбурге сформировано 29 бригад «скорой» для работы с пациентами с коронавирусом и с подозрением на него. В бригадах состоят 317 человек. Нагрузка, как вы понимаете, достаточно большая, надеюсь, новые автомобили помогут оперативно оказывать людям помощь.
За все время пандемии в Свердловской области было выявлено 14 529 случаев COVID-19, при этом больше половины — 8 726 человек — вылечились и выписаны из больниц.

Теперь отвечаю на ваши вопросы.

1. Добрый день. В ЦГБ №2 до сих пор нет федеральной выплаты за апрель. Фельдшера неотложной помощи работают в красной зоне, принимают всех больных с признаками ОРВИ, в апреле были больные с АТП, на которых предписание Минздрава не распространяется (взять мазки работники не имеют права), позже зафиксирована вспышка и у этих больных, был выявлен COVID-19. Почему не делаются всем больным с признаками ОРВИ мазки и почему не учитываются данные случаи в оплате? Специалисты работают в зоне риска, а руководство игнорирует данный факт.

Продолжение в галерее и stories
