Пенсионеру из Тамбова Олегу Бондареву дали 510 (пятьсот десять) тысяч рублей штрафа за репост записи о митинге и выход на улицу 23 января. Бондарев живет с 80-летней неходячей матерью на 22 тысячи рублей в месяц.

Ребятам из Бессрочки – Оле Мисик, Ивану Воробьевскому и Игорю Башаримову – потребовали ограничить свободу почти на два года. Это – за краску на будке Генпрокуратуры. Смытую в то же утро, но оставившую неизгладимые следы на голубых мундирах. Ребята протестовали против дела «Нового величия». 

А теперь давайте поговорим о геополитике, да? О чем-нибудь таком важном-важном. Важнее человеческих судеб, которые день за днем ломают садисты в погонах, мантиях и прочих палаческих колпаках.

Я понимаю, как мелко на этом фоне выглядит мой протокол по «участию»: и не посадят (пока), и особо много денег не возьмут (пока). Но принцип общий. И до меня дойдут, и до вас.

Завтра в 10 утра войду в Хорошевский (что такое хорошо, знал бы Маяковский) ОВД. С чем выйду – до конца не уверен, посмотрим.
